updated 10:47 PM EEST, Aug 31, 2015
A+ A A-

Интервью с террористом. Часть вторая

Мы продолжили беседу с человеком, который сейчас держит в руках оружие и готовится воевать с украинской армией. Напомним, нашего собеседника зовут Андрей, он родился, вырос и живет на Донбассе, вступил в ряды террористов еще в начале марта. В этой части также есть вопросы от наших читателей. Мы не разделяем мнение этого человека, но публикуем его слова полностью.

 

Первую часть интервью вы можете прочитать тут.

- Какая ваша конечная цель?

- Разбомбить Киев, уничтожить этих ублюдков. Мы обязательно дойдем до Киева, победа будет за нами. Они собирались убить нас, все эти Турчиновы, Яценюки, Порошенки, а мы убьем их. Конечно, будет суд, на котором они ответят за все свои военные преступления. Мы будем бомбить Киев точно также, как они сейчас бомбят Славянск, Донецк, другие города.

днр

- За что вы так не любите новую власть?

- А за что их любить? Когда Фарион говорит в своем выступлении, что каждый, кто говорит на русском языке – это уже преступник? Если нас начали обвинять еще до того, как мы взяли в руки оружие. Не мы первые начали, мы просто хотели федерализацию. Вот если бы все 24 области Украины стали членами Федерации, сразу, в начале марта, было бы совсем другое дело. Каждый жил бы себе, как хотел. Вводил бы свой язык, писал свои региональные законы. Львов мог бы сделать у себя государственным языком хоть немецкий и никто бы ничего не имел против. Мы бы выбрали у себя своих лидеров и жили бы так, как нам нравится – работали бы себе спокойно. А они сразу ввели войска, сразу назвали нас бандитами и сепаратистами.

нацгвардия

- Ты говоришь про 24 региона, а как же Крым?

- Крым всегда был Россией, сейчас просто произошло оформление этого статуса официально. Там никто не желает жить в Украине и не считает себя украинцем.

 

- Получается, вы собираетесь закончить ваш поход в Киеве? А как же Западная Украина?

- Мы не претендуем на какие-то территории, кроме своей, мы воюем не против львовян или киевлян, а против фашистской власти, центром которой сейчас является Киев. Оттуда поступают приказы о вводе войск. Если война закончится со взятием Киева, то так тому и быть, пусть запад живет как ему нравится. И Киев пусть живет как ему нравится, выбирает себе правительство. Но если война продолжится, если нужно будет, то придем и во Львов.

- За что вы боретесь?

- Мы боремся за нормальную жизнь, за свои права. Мы хотим говорить на том языке, который нам нравится, хотим жить по нормальным законам. Сейчас фактическая власть принадлежит фашистам – Тягнибок, тот же Ярош. Да, они не победили на президентских выборах, но у них достаточно сильное влияние на Порошенка и на ситуацию в стране. Именно они посылают сюда наемников и отдают приказы стрелять в мирное население.

порошенко

- Как вы видите будущее?

- Понимаешь, у нас тут сейчас как в Сталинграде – никто не думает про завтра. Перед нами фашисты, которые хотят всех убить. Нужно сначала победить, прогнать их с нашей земли и сделать так, чтобы они уже не могли вернуться к власти. Вот наша цель, о более далеком будущем никто сейчас не думает, сначала победим, а там уже будем решать.

- Но вы понимаете, что ДНР попадет в политическую и экономическую изоляцию, если победит?

- Ну и что? У нас очень сильная промышленность, даже если не брать во внимание добычу угля. У нас есть металлургия, все что нужно для выплавки стали. Наш экономический потенциал сейчас сдерживается Киевом, нам все равно не дают развиваться. Мы не можем сейчас вывозить уголь или сталь. Первый барьер на пути нашей продукции в ту же Европу – это Киев. Никто против нас санкции не вводил, это Порошенко и его люди не дают нам нормально экспортировать товары. Как только мы их уберем, все изменится.

сепаратисты

- Вы считаете, что Европа будет покупать вашу продукцию? Или вы надеетесь только на экспорт в РФ?

Нет разницы, природные ископаемые есть природные ископаемы. У нас кроме угля есть еще и железная руда, и медная, и даже урановая. Мы можем производить хоть плутоний для атомных электростанций. А главное, у нас уже сейчас есть промышленность, которая все это может перерабатывать. Экспорт в Россию? Да, конечно, но во всем остальном мире найдется еще множество стран, которые захотят купить наши природные богатства. Есть порт, выход к морю, мы можем экспортировать товары куда угодно.

- Так вы хотите, чтобы ДНР была независима или хотите повторить путь Крыма, вступить в РФ?

- Сейчас 90% людей на Донбассе хотят присоединится к России. Никто не думает о полной независимости.

груз 200

- А оставшиеся 10%, они за полную независимость?

- Нет, они за единую Украину. Они хотят, чтобы Донбасс был в составе Украины, как и раньше.

- Ты лично какого мнения придерживаешься, стоит вступить в РФ или все-таки создать свою страну?

- Вступить в РФ, наверное. Не знаю, я не думаю сейчас об этом. Идет война и мысли только о победе и мести за наших погибших. Но народ видит Донбасс только в составе России, тут даже другие варианты никто не обговаривает. Пример Крыма у всех на виду.

- А поддержку со стороны России вы чувствуете?

- Еще как! Каждый день мы получаем «гуманитарную помощь». Вот, например, сегодня, к нам пришли танки. Много танков. Это не говоря уже про автоматы, гранатометы, другое оружие, обмундирование. Постоянно приходят машины, с людьми и снаряжением, без поддержки с той стороны нас давно уже бы перестреляли. Мы постоянно получаем «гуманитарную помощь».

днр

- Почему называете оружие «гуманитарной помощью»?

- Так нацгвардия еще не такую «гуманитарную помощь» получает от Америки и Европы. Под Славянском пленных берут, так там и негры, и корейцы. Толпы наемников, бойцов из частных военных компаний прибывают туда каждый день. Чем мы хуже? Им помогают штаты и Европа, нам – Россия.

- Но ведь путин не признал ни ДНР, ни ЛНР?

- Он не мог этого сделать. Сейчас мир балансирует на грани начала третьей мировой. И эпицентром событий является именно наш регион. Противостояние между Россией и США перешло в активную фазу и произошло это на нашей земле. Если бы нацгвардию не поддерживали штаты, мы давно бы уже ее разбили. У них нет ни БТРов, ни танков, которые были бы в нормальном состоянии. Нет ни еды, ни воды. Все приходит из США – деньги, пайки, оружие, техника, снаряжение и наемники. Особенно наемники. Им все равно кого убивать – женщин, детей, ополченцев, они ведь не то что другой национальности, у них даже раса другая.

Makeevka

- Но нигде ведь не показывали видео или фотографии с пленными неграми?

- А кто их покажет? Ведь тогда Россия сможет обвинить США в открытой поддержке фашистов и военном вмешательстве. А это – начало третьей мировой. Хотя, большинство наших полностью уверенно в том, что глобальную войну избежать не удастся. Просто сейчас решается, кто именно ее начнет – Восток или Запад. Все зависит от нас – если мы сможем продержаться, если отобьем свою землю, то штатам придется открыто ввести свои войска, двинуть авианосцы. Тогда Россия будет иметь полное моральное право на адекватный ответ.

- Те, кто пришел к вам из России, какое отношение к ним?

- Очень хорошее. Они протянули нам руку помощи в тот момент, когда мы в ней больше всего нуждались. Не побоялись умереть за русских. Там все люди с боевым опытом, специалисты. Они проводят обучение наших, берут на себя командование. Без них мы не смогли бы противостоять вооруженным западным наемникам, имеющим опыт войны в Ираке, Афганистане. Россияне – наши братья, они не оставят нас в беде.

- Говорят о мародерстве и других преступлениях, особенно со стороны приезжих

- На войне как на войне. Действительно, не обходится без грабежей и мародерства. Но это отдельные случаи. Когда «под ружье» становится столько людей, среди них попадаются и не совсем нормальные. Как узнать, будет доброволец честно воевать или нет? Нет времени на полную проверку. Вот и попадаются всякие уроды, но их мало, очень мало. Кстати, со стороны нацгвардии тоже много всякого бывает.

Donbass economic

- Как проходит набор добровольцев?

- По-разному. У нас, например, желающих гораздо больше, чем готово принять ополчение. Приходят в штаб, пишут заявление. Там на них смотрят и принимают. Потом три дня проходит боевая подготовка, учат стрелять из автомата, гранатомета, выполнять основные команды. После этого уже в бой или на блокпост.

- В других районах проводилась принудительная мобилизация?

- Может быть, мне тяжело сказать. Понимаешь, когда ни одно предприятие не работает, когда нет ни зарплаты, ни будущего… Что остается людям? Они идут в ополчение. Может быть, там, где еще не велись активные боевые действия, там и набирают принудительно. Люди просто еще не слышали выстрелов, не были под обстрелом, не видели разрушенных домов.

Разговор получился очень долгим, мы разбили его на две части. С Андреем мы договорились поддерживать связь, так что это интервью будет не последним. Скажем сразу, мы не разделяем его взглядов и не считаем истинными многие приведенные ним факты. По большинству вопросов наше мнение – полностью противоположное. Если кто-то считает, что о нем следует сообщить властям, то сообщаем – город Снежное. Большей информацией мы не располагаем.